Российская газета. «Оранго — чудо света»

На фестивале Мстислава Ростроповича состоялась российская премьера неоконченной оперы Дмитрия Шостаковича
Музыка
Текст: Ирина Муравьева

Сохранившаяся часть неоконченной оперы Дмитрия Шостаковича «Оранго» (1932), пролежавшая в рукописи почти 80 лет и впервые прозвучавшая в 2011 году в Лос-Анджелесе под управлением Эсы-Пекка Салонена, была наконец исполнена в Москве в Большом зале консерватории. Российскую премьеру «Оранго» на фестивале Мстислава Ростроповича Эса-Пекка Салонен представил с Лондонским оркестром «Филармония».

Так случилось, что сенсационное событие — мировую и российскую премьеру неизвестного сочинения Шостаковича подготовили не в России, хотя о существовании автографа этой неоконченной оперы в музыкальном мире узнали десять лет назад. В 2004 году в «Музейной папке» архива Шостаковича в Москве научный сотрудник архива и музея имени Глинки Ольга Дигонская обнаружила и атрибутировала сочинение, которое 26-летний Шостакович писал по заказу Большого театра: оперу «Оранго» на либретто Алексея Толстого и Александра Старчакова. Премьера сочинения планировалась к 15-летию Октябрьской Революции, но так и не состоялась: партитура написана не была. Возможно, потому, что в 1932 году жесткая сатира и убийственный сюрреалистический сюжет о человеке-обезьяне по имени Оранго, выведенном, подобно булгаковскому Шарикову, путем научного эксперимента и ставшем журналистом, имели уже откровенное политическое звучание. А по написанному Прологу было ясно, что «Оранго» — не праздничный панегирик новому человеку, а тотальная сатира на современное общество, на навязываемые ему идеологические «ценности», на продажную журналистику, на саму жизнь, культивирующую абсурд.

Содержание «Оранго» вписывалось в канон темы, востребованной в те времена, грандиозных экспериментов над социальной, психической, биологической природой человека, в том числе по искусственному омоложению и гибридизации (Шостакович и работавшие над «Оранго» Алексей Толстой и Старчаков не могли не знать об экспериментах профессора Ильи Иванова, проводившего в 20-е годы опыты в Африке, а потом в Сухуми по искусственному оплодотворению шимпанзе семенем человека). В «Оранго» все эти шокирующие идеи, захлестнувшие человечество, раскрывались как тотальный абсурд. В Прологе, предваряющем действие оперы, события разворачиваются в стране Советов, где гигантская толпа (Хор) собирается в каком-то циклопическом по размерам здании Дворца советов — самом большом в мире с самыми большими в мире статуями и т. д. Иностранцам, приехавшим в страну Советов, показывают «чудо света» — Оранго, само имя которого происходит от орангутанга. Оранго выходит, исполняет задания: чихает, рыгает, играет «Чижика-пыжика», рычит, а гости с ужасом прозревают, что знают его как известного в прошлом парижского журналиста, писавшего пасквили на коммунистов. Разражается скандал... Конферансье сюрреалистического шоу Весельчак обещает, что дальше «будет смешно». Но дальше Шостакович не написал. Он работал в это же время над «Леди Макбет Мценского уезда», после которой, как известно, был подвергнут общественной обструкции.

Все что сохранилось в нотном автографе Шостаковича, это Пролог, состоящий из 11 сольных и хоровых номеров, изложенных в клавире. И у этого материала был шанс впервые прозвучать в России еще в 2006 году, когда ноты «Оранго» попали к руководителю «Геликон-оперы» режиссеру Дмитрию Бертману. Однако история не сложилась. Как объяснил ситуацию Бертман: «Клавир „Оранго“ мне показал Мстислав Ростропович, он же связал меня с Ириной Антоновной Шостакович. Мы уже начали работать над „Оранго“ вместе с Ольгой Дигонской. У меня была идея не театральной постановки, а видеофильма, такой скрин-оперы, которую я планировал отснять в интерьерах павильона ВДНХ с участием Дениса Мацуева. Мне казалось логичным: раз авторской оркестровой редакции не существует, представить материал в фортепианном оригинале. Но идея, увы, провалилась по банальной причине — не нашлось финансирования. Тогда этим проектом не заинтересовалось даже прежнее руководство канала „Культура“. Поэтому я очень рад, что Ольга Ростропович сейчас сделала все, чтобы „Оранго“ исполнили в России».

Премьеру «Оранго» в Большом зале консерватории исполнил Лондонский оркестр «Филармония» под руководством Эсы-Пекка Салонена с участием Хоровой капеллы России им. А.А. Юрлова и международного состава солистов. Написанный Шостаковичем Пролог прозвучал в оркестровой версии, сделанной по заказу Ирины Шостакович британским композитором и музыковедом Джерардом Макберни. И надо заметить, что этот оркестровый вариант в темпераментной и элегантной трактовке Салонена прозвучал чрезвычайно близко сатирическому духу Шостаковича, с его ерническими инструментальными контрастами, «галопами» и звукоподражаниями, глиссандо меди и рублеными криками Хора, прославляющего труд, плавными танцами «восьмого чуда света» — прима-балерины Насти Терпсихоровой и рычащими воплями Оранго:"Ррррыжая рррраспутница! Рррразорву!.." И хотя часть прозвучавшей музыки оказалась известной, процитированной самим Шостаковичем в других его партитурах, актуальность «Оранго», поле смыслов и его сатиры до сих пор не померкло.

Опубликовано в РГ (Федеральный выпуск) N6344 от 31 марта 2014 г.

© Международный фестиваль «Неделя Ростроповича в Москве», 2010 — 2020